Anna

Он должен был быть счастливым. Тем самым солнечным котом с открытки — рыжим, тёплым, редким, как осенний лист. Его зовут Гарри. Но жизнь у него вышла вовсе не открыткой. Однажды, в один из тех серых, одинаковых и бесконечно тяжёлых дней бездомного существования, ему встретился человек. Не тот, кто протягивает кусочек еды, а тот, кто причиняет боль. Один удар ногой — всего один — сломал ему позвоночник и перевернул всё его маленькое жизнь. Мы не знаем, сколько часов или дней он пролежал в той подворотне, обездвиженный, сражённый болью, не в силах позвать о помощи. Не знаем, как он пытался облегчить свои мучения, раздирая до крови собственное тело… Сколько он пережил — знает только он. Когда мы нашли Гарри, казалось, что всё не так плохо. Только странно опущенный хвост… Но врач произнёс страшный вердикт. Тот удар лишил его самого элементарного — возможности самостоятельно ходить в туалет. Гарри жив. Он ест, он мурлычет, он выглядит почти здоровым. Но теперь он навсегда зависит от человека. Ему нужна помощь — каждый день, дважды в день. Ему нужно помогать делать то, что его тело больше не может. Да, это непросто, но этому можно научиться ради спасённой жизни. А что у него вместо жизни сейчас? Клетка. Уже два года. Не дом, не мягкий плед, не добрые руки. Клетка, сквозь прутья которой он смотрит на мир. Он не бегает и не прыгает — в клетке не разгуляешься. Ему восемь лет. Почти все эти годы — борьба: с холодом, с голодом, с человеческой жестокостью. А теперь — с безысходностью. И самое тяжёлое — шёпот врачей: с такими травмами не живут долго. Гарри больше не ждёт дома. Он ждёт конца. Он просто тихо доживает дни в своей клетке, так и не узнав, каково это — задремать на коленях у человека, которому доверяешь. Не узнав тепла и уюта. Он кастрирован, обработан, спокойный. От него не будет хлопот. Кроме одной — научиться помогать ему с его особенностью (отжимать мочу). Или, в крайнем случае, привозить в клинику. Если в вашем сердце есть уголок для того, кто уже перестал верить в чудо… пожалуйста, подарите ему шанс. Подарите хотя бы один год настоящей домашней жизни. Чтобы он ушёл не из клетки, а с дивана — засыпая под ласковой рукой. Неужели он так и не узнает, что значит быть любимым?

Моё последнее «Мяу» в пустоту... Меня зовут Валдис, и я медленно умираю от одиночества. Когда-то я был чьим-то. У меня был тёплый плед, пахнущий домом, и люди, чьи шаги я узнавал из тысячи. Я лечил их своей любовью, забирал их боль, согревал по ночам и тихо мурчал в самое ухо: «Я здесь, ты не один». Я был уверен — мы вместе до самого конца. Но когда я заболел, мой мир рухнул. У меня заболели зубы... Вероятно вы тоже знаете, какая это адская боль... Каждый глоток еды превратился в обжигающую вспышку боли. Мои десны кровоточили. Я смотрел на хозяев полными слез глазами и просил о помощи. Но меня не повезли к врачу. Меня не обняли. Дверь просто открылась... и закрылась за моей спиной. Навсегда. Да, меня, больного, выставили хозяева за дверь... Я неделями сидел на коврике. С обратной стороны двери. Я ждал, что это ошибка. Что сейчас меня поднимут на руки и скажут: «Прости». Но они проходили мимо, брезгливо переступая через меня Так я прожил несколько месяцев на коврике под дверью своего когда-то дома.... Добрые соседи подкармливали меня. Но потом меня выставили из подъезда на улицу.... Не все были рады больному коту... И тогда на улице я осознал, что у меня больше нет дома, что я бездомный,. Голод, драки за выживание, порванные уши и переломанные ребра. И про ребра это правда. Одно ребро на грудине у меня сломано и выпирает наружу, но операцию делать поздно, все уже срослось, хоть и неправильно..... Я засыпал на сырой земле и молил бога только об одном: чтобы это поскорее закончилось. Я ложился посреди дороги в надежде умереть под колёсами машины или что кто-то сжалится и заберёт меня к себе. Меня спасли волонтёры из приюта. Мои раны затянулись, а больные зубы удалили. Но в груди осталась дыра, которую не зашьет ни один ветеринар. Сейчас я живу в приюте. Я вижу, как приходят люди. Как они сразу идут к молодым, ярким, рыжим или пушистым кошкам — к тем, которых обычно и забирают домой. Я знаю, что я не такой. Я не молодой. Я не красивый. И не пушистый. И даже не рыжий...Моя шерстка поредела от скитаний, я обычный и невзрачный. Но как же сильно я хочу жить! Стоит посетителю войти в приют, я бегу навстречу.... пока бегу, пока надежда еще теплится в моей душе... но скоро она погаснет навсегда... Я выхожу к каждому гостю, я лащусь изо всех сил, я буквально оккупирую их колени, преданно заглядывая в глаза: «Посмотри на меня! Я всё еще умею любить!» Они гладят меня, вздыхают, пересаживают обратно на пол... и уходят к другим. Я отсиживаю колени десяткам людей, но никто из них не забирает меня к себе. Они просто читают мою карточку: «Старый. Беззубый. Хронические болезни». И оставляют меня одного. Я мечтаю о несбыточном. О мягких коленях, на которых можно уснуть без страха, что тебя снова выкинут на мороз. О руках, которые не побоятся моих шрамов и моей старости. Я заберусь к вам на руки и буду сидеть там до самого последнего вздоха. Я отдам вам всю нежность, которую берег все эти страшные годы. Я буду самым преданным существом на свете. Пожалуйста... я не хочу умирать ничьим. Я хочу быть вашим